Блог


Вы здесь: Авторские колонки FantLab > Авторская колонка «Календула» облако тэгов
Поиск статьи:
   расширенный поиск »

Clever, Corpus, Fantlab Reviews, Young Adult, young adult, young-adult, АСТ, Авионеры, Азбука, Аква, Аква Север, Аква Юг, Белоснежка, Библиография-2017, Брэдли, Буквоед, Букер, Букер-2019, Валенте, Вологжанина, Гаглоев, Гарри Поттер, Гейман, Гете, Гир, Джеральд Даррелл, Джозеф Шеридан Ле Фаню, Джордж Мартин, Дмитрий Самохин, Дональдсон, Донна Тартт, Екатеринбург, Зеркало, Зеркальная волна, Иностранка, Интервью, Ирина Лазаренко, Касс, Кейт Мортон, Китай, Книгуру, Линия души, ММКВЯ, ММКВЯ 2019, ММКВЯ-2019, ММКЯ, ММКЯ2019, Майк Гелприн, Маканин, Марина Дробкова, Марина Ясинская, Мариня Ясинская, Махаон, Мир Аквы, Мозаика Миров, Мозаика миров, Мюссо, НФ, Настоящая фантастика, Нил Гейман, Ольга Рэйн, Подростковое, Поляндрия, Риддел, Риордан, Рипол, Рипол Классик, Робинс, Ролинг, Росмэн, Рот, Роулинг, Рэй Брэдбери, Сара Джио, Сафон, Снежный Ком, Сотников, Стивен Кинг, Схапман, Сьюзен Коллинз, Сэлинджер, Том Ллевеллин, Туве Янссон, Фантом Пресс, Фицджеральд, Франция, Фэнни Флэгг, Хоук, Швеция, Шерлок Холмс, Штеффенсмайер, Эксмо, Ю Несбё, Юхан Теорин, Янг, автор, азбука, актер, американский Юг, анонс, антология, архитектура, библиография-2017, библионочь, библиотека, биография, буквоед, в мире книг, вампиры, воспитание и развитие, встреча, встреча с писателем, выставка, герои Аквы, город, готика, детектив, детектив. АСТ, детская, детская литература, детский, детское, документальное, живопись, животные, иллюстрации, иллюстрация, иностранная проза, иностранное, интервью, интересно, интересно. в мире книг, искусство, истории о книгах, итоги, кино, классика, книга, книги, книги. в мире книг, книги. новинка, книжные покупки, кот, лексика, литературная премия, мемуары, мир Аквы, мистика, мода, мои книги, мультик, мультфильм, муми-тролль, мысли, на прочтение, новинка, новинка. книги, новинки, новости, новость, новый год, нон-фикшен, о литературе, обзор, отечественная, отечественное, отзыв, памятная дата, перевод, переводная, переводчик, персона, писатель, планы, планы издательств, подборка, подростковая, подростковое, позитив, постапокалипсис, премия, премия НОС, привидения, призраки, приключения, приобретение, природа, проза, проза Фэнни Флэгг, пьеса, размышления, реализм, рецензия, роман, русский язык, русскоязычная, сборник, сериал, серия, сказка, скандинавский детектив, скульптура, современное, список книг, стимпанк, супергерои, творчество, удивительные места планеты, ужасы, фантастика, фестиваль, фильм, фото, фэнтези, хоррор, художник, цветы, цитаты, экранизация, энциклопедия, юбилей, юмор
либо поиск по названию статьи или автору: 


Статья написана 27 мая 2017 г. 13:28

Составлена библиография Александра и Александры Коэльо Андорил — шведских авторов, пишущих детективы под псевдонимом Ларс Кеплер.

Александра Коэльо родилась 2 марта 1966 года в Хельсинкборге (Швеция). Отец — швед, мать — португалка. Работала литературным критиком в газетах «Göteborgs-Posten» и «Dagens Nyheter». Также на протяжении четырёх лет работала в Шведском Государственном совете по культуре. Поначалу же она интересовалась театром и работала в Хельсонгборском городском театре ( Helsingborgs stadsteater), а также в независимом театре. В 1992 году она поступила в театральную академию в Стокгольме, но вскоре бросила, поняв, что не хочет быть актрисой. Позже поступила в Стокгольмский университет (Stockholms universitet) и защитила диссертацию по сравнительной литературе о поэте Фернандо Пессоа. В качестве писателя дебютировала в 2003 году с романом «Stjärneborg» — историей о датском учёном (астрономе, астрологе и алхимике) ХV века Тихо Браге, но автор сосредоточилась не на его заслугах, а больше на внутреннем мире и личной жизни. В 2004 году роман получил премию «Katapultpriset» (премия присуждается Союзом писателей Швеции за дебют в предшествующем году). Роман стал первой книгой в серии историй о людях, чья деятельность повлияла на историю человечества.

В 2004 году получила премию Альберта Боннера для молодых и начинающих писателей (Albert Bonniers stipendiefond för yngre och nyare författare), в 2009 году — Стипендию фонда Жерар Боннер (Stipendium ur Gerard Bonniers donationsfond) как перспективный писатель, а в 2010 году — ABF:s litteratur- & konststipendium, ежегодно присуждаемую писателям и художникам, которые «искусством помогают визуализировать невидимое и заставляют нас вспомнить забытое». Второй роман Александры — «Birgitta och Katarina» — вышел в 2006 году и рассказывал о жизни Святой Биргитты (Heliga Birgitta), которая была католическим богословом и проповедником, а после смерти возведена в ранг святых и стала одной из трёх европейских покровителей Римско-Католической церкви. В 2009 году вышел третий роман серии — «Mäster», — рассказывающий о жизни социалиста Августа Палма (August Palm). Роман получил хорошие отзывы критиков.

Александра замужем за писателем Александром Андорилом, у пары три дочери, семья живёт в Стокгольме.

Александр Андорил родился 20 января 1967 года в Уппландс Васбю (Upplands Väsby) — пригороде Стокгольма (Швеция). Изучал кинематограф, религию и философию в Стокгольмском университете (Stockholms universitet). Женат на писательнице Александре Коэльо Андорил, у пары трое дочерей, семья живёт в Стокгольме.

Литературный дебют Андорила состоялся в 1989 году, когда был опубликован его роман «Den äkta kvinnan». Но наибольшую известность принесла ему книга о шведском режиссёре Ингмаре Бергмане — «Regissören», — вышедшая в 2006 году в издательстве «Albert Bonniers Förlag» и получившая положительные отзывы критиков, хотя сам Бергман роман публично осудил. Газета «Svenska Dagbladet» описала роман как «буйный и очень трогательный, непочтительный и полный любви». Повествование сосредоточено на границе вымысла и реальности, автор опирался на мифы, ходившие вокруг личности Бергмана, а также на его интервью. Роман переводён на многие языки, включая английский, польский, голландский, чешский, венгерский, норвежский, датский, эстонский, турецкий и итальянский, и получил международное признание. Был номинирован и награждён рядом литературных премий, включая номинацию на Независимую премию зарубежной литературы (The Independent Foreign Fiction Prize). В 2009 году Андорил опубликовал роман «Diplomaten», основанный на деятельности шведского политика и дипломата Ханса Бликса, и представляющий собой вымышленную историю борьбы шведской дипломатии за разоружение Ирака. Андорил написал ряд пьес и радиоспектаклей. Его пьесы с успехом ставятся на сценах шведских театров и идут на радио.

В 2009 году супруги дебютировали под совместным псевдонимом Ларс Кеплер с криминальным романом «Гипнотизёр» («Hypnotisören») о загадочном комиссаре по имени Йона Линна. Роман произвёл ошеломляющее впечатление на читателей, критиков и издателей. Это первый шведский роман, с колоссальным успехом проданный за рубеж ещё до публикации в Швеции. «Гипнотизёр» стал мировым бестселлером и положил начало захватывающей детективной серии, где преступления расследует комиссар Йона Линна – талантливый сыщик с внешностью киногероя и склонностью к меланхолии. Романы Ларса Кеплера стали бестселлерами во всём мире, в частности, авторитетный журнал «Time» назвал «Гипнотизёра» одной из десяти самых важных книг 2010 года в мире. В 2012 году роман был экранизирован, режиссёром выступил трёхкратный номинант на премию «Оскар» Лассе Халльстрём. В 2011 году вышел второй роман из серии о комиссаре Йоне Линне под названием «Контракт Паганини» («Paganini-kontraktet»), который тут же занял первое место в списке бестселлеров. Книги о Йоне Линне стали мировыми бестселлерами и считаются эталоном скандинавского триллера, они переведены на 37 языков. На русском языке романы выходят в издательстве "Corpus".


Составители библиографии — sham, Календула.


Статья написана 15 января 2017 г. 12:33

Я полагаю, что всякий обман бросает тень на порядочного человека.

Стыдиться тех, от кого тебе небо судило родиться на свет, блистать в обществе вымышленным титулом,

выдавать себя не за то, что ты есть на самом деле, — это, на мой взгляд, признак душевной низости.

(«Мещанин во дворянстве»)

[/i][/right]

15 января 1622 года в Париже родился французский комедиограф и создатель классической комедии Жан-Батист Мольер.

Он был одним из крупнейших французских драматургов XVII века. Самыми известными его произведениями являются комедии «Тартюф, или Обманщик», «Мнимый больной», «Мещанин во дворянстве» и «Мизантроп». Эти и другие пьесы талантливого драматурга вошли в золотой фонд мировой литературы, а спектакли по ним не сходят со сцен театров и в наши дни.


Статья написана 21 декабря 2016 г. 10:51

В издательстве "Corpus" вышла новая книга британского писателя Салмана Рушди «Два года, восемь месяцев и двадцать восемь ночей». Илья Данишевский и переводчик книги Любовь Сумм поговорили с автором о страхе перед историей и о личном отношении к созданным им персонажам.

цитата

— Когда вы разделяете «рассказчика» и «писателя», происходит попытка решить один из главных вопросов — наличие у писателя внешних обязательств. «Рассказчик», воплощая естественную потребность рассказывать свою историю, конечно, нарушает общественные ожидания.

— Да, это верное и тонкое разделение, и, конечно, я не согласен с тем, что писатель кому-то обязан. У него нет долга ни перед чем, кроме собственного труда и потребности рассказать ту или иную историю. Да, можно было бы сказать, что внутри писателя находится рассказчик как его важнейший, но не единственный инструмент.

Я бы сказал так: нарратив — это важный аспект писательской работы, но лишь один из. Перед писателем стоит немало других вопросов — форма, язык, тема, символика, лейтмотив и так далее, и все это нанизывается на «рассказчика», использует его как инструмент.

— В последнем романе ваш язык заметно отличается от языка прежних ваших книг — какие задачи он решает?

— Каждая книга обладает собственным голосом, собственным словарем эмоций и образов. Например, «Флорентийской чародейке» умышленно придан барочный характер в соответствии со стилем тех книг, которые могли читать персонажи — люди конкретного исторического времени. В «Клоуне Шалимаре» звучит иной голос, гораздо более мрачный и резкий, и это опять-таки соответствует материалу. «Два года» сочетают стиль народной сказки и пародийной истории, псевдоистории, что опять-таки рифмуется с сюжетом.

— Персонажи — такой же инструмент, как язык и нарратив? Иногда очень заметно ваше к ним отношение, личные реакции.

— Я думаю, если автор не будет любить созданных им персонажей, причем «плохих» так же искренне, как «хороших», то и читателю они останутся безразличны. Я воспринимаю персонажей как живых существ, к которым я прислушиваюсь, стараясь понять, в чем они нуждаются. Творчество происходит из такого особого вслушивания, а не из тирании автора. Я стараюсь не слишком часто диктовать.

Эти персонажи развивались, росли и достигли свершения своей судьбы органически, а не теоретически. Я как писатель не очень склонен теоретизировать. Я предпочитаю наткнуться на сюжет и продвигаться дальше, повинуясь не анализу, а инстинкту.

— В других книгах вы активно вовлекаете в сюжет «властителей» — президентов, диктаторов, пророков, реальных и вымышленных. В «Двух годах» политика почти бестелесна.

— Не обязательно все романы писать об известных политических деятелях!

Я никогда не сомневался в могуществе литературы, хотя и стараюсь не приписывать ей чересчур много. Однако, с моей точки зрения, нам сейчас как никогда необходимо искусство вымысла: нужно ясно представить себе, что ты живешь и работаешь в пространстве полной свободы, — только так можно отстоять возможность быть собой.

— Ваша книга «Стыд» сегодня очень актуальна, особенно для России, где государство хорошо проговаривает вещи, за которые следует испытывать стыд. Речь является почти официальным врагом власти.

— Я очень горжусь романом «Стыд», и мне порой кажется, что эта книга, опубликованная в 1983 году, сделалась сейчас более актуальной, чем в ту пору, когда она была написана. Тогда ее, как мне представляется, заслоняли две наделавшие много шума книги: вышедшие перед ней «Дети полуночи» и после нее — «Сатанинские стихи». Но теперь, мне кажется, этой книге начинают воздавать должное, у нее появилось намного больше читателей, чем в прошлом, ее стали изучать.

Чем ближе государство к авторитаризму, тем сильнее оно стремится контролировать нарративы. Вот почему писатели, те, кто хочет освободить нарратив и выявить мириады его возможностей, зачастую оказываются в конфликте с государством, которое пытается сузить спектр возможностей и направить их в подконтрольное русло.

Прямо сейчас в США мы имеем дело с попыткой России контролировать американский нарратив, это нечто совершенно новое и внушающее тревогу.

— «Два года» так далеко смотрят в будущее в том числе и для того, чтобы убедиться, что будущее вообще существует?

— Не знаю. «История, — говорит Стивен Дедалус, — кошмар, от которого я пытаюсь проснуться». Прямо сейчас, сидя в Нью-Йорке, я ощущаю такой же страх, думая о том, что принесут нам ближайшие годы при новом президенте.

Я не хотел, чтобы этот роман уподоблялся современным дистопиям. Сейчас все сочиняют дистопии, даже авторы книг для подростков. Вот я и захотел вообразить для нас более обнадеживающее будущее — но не до нелепости оптимистическое. Прежде всего, заметим, что на построение этого будущего отведено тысячелетие, об этом постоянно упоминается в книге, так что оно от нас очень далеко, а кроме того, даже в том лучшем будущем проблем тоже хватает.

— Очень интересной кажется история Стивена Кинга о том, что когда он закончил «Кладбище домашних животных», то понял, что нет, он отказывается это публиковать. А вы хотели бы что-то изменить, что-то не рассказать или что-то не обнародовать?

— Нет, я никогда не был склонен что-то в себе подавлять или умалчивать.

— Помните ли вы ваше ощущение от «Сатанинских стихов», когда только закончили книгу?

— Нет, это было слишком давно, чтобы теперь вспомнить. Я не так уж часто оглядываюсь на прошлое. Я смотрю вперед, готовлюсь к следующей книге.

— А что для вас как читателя находится за границами толерантности?

— Только плохо написанные книги.

Источник


Статья написана 20 апреля 2016 г. 09:36

Шамиль Идиатуллин — автор мистических триллеров «Убыр» и «Убыр. Никто не умрет», лауреат Крапивинской премии 2012 года — рассказал, почему мы так любим ужастики, что чувствует человек, когда пишет книгу, и мимо каких 10 произведений современных авторов невозможно пройти.

Как вы считаете, почему людей привлекает тема ужасов?

Во-первых, это красиво. Придуманный и культурно отформатированный страх, по сути, запускает чисто химический процесс, гормональный такой, — не зря же говорят «сладкий ужас». Особенно он сладок потому, что тебе-то, читателю, в этот момент ничего не грозит – в отличие от героя книги (фильма или игры), в которую ты зарылся. Причем химия красиво охватывает и обволакивает не только соответствующие доли мозга, сердца и пяток, она ведь еще немножко машиной времени работает. Самый страшный период в жизни всякого человека – его детство, когда кромешная жуть скрывалась просто-таки везде: под кроватью, в темной ванной, за розеткой, в очереди, в которой мама велела тебе постоять, пока она сбегает за маслом. Взрослому человек бояться глупо, если не западло – а в детство заглянуть так хочется.

Есть и другая сторона вопроса: хоррор, как правило, интересно читать, — здесь, как в большинстве «низких жанров», почти всегда все в порядке с сюжетом и интригой.

И даже третья есть, тесно сплетенная с первыми двумя и, пожалуй, самая важная. Ужасы вышли из сказок, а сказки, помимо прочего, это мощный дидактический и педагогический инструмент, с помощью которого взрослые максимально доходчиво заносят в сознание и подсознание детей, насколько кошмарны последствия нарушения базовых правил поведения: что будет, если пойти одному в лес, попить из лужи, заночевать в бане, разрыть могилы или нахамить незнакомому дедушке. Не будет ничего хорошего. Тот же Голливуд и не скрывает, что слэшеры – они про беспорядочные половые связи, вампиры – про пубертат, а зомби – просто про гигиену.

В общем, сказка – не такая уж и ложь, а их родственник хоррор – если и намек, то довольно толстый и весьма интересный.

Источник




Статья написана 6 октября 2014 г. 14:06

Фантастическая повесть Светланы Лавровой «Куда скачет петушиная лошадь» стала «Книгой года 2014». Светлана Аркадьевна Лаврова — кандидат медицинских наук, врач-нейрофизиолог — и вместе с тем известный детский писатель, автор более сорока книг.

— В одном интервью Вы как-то упомянули про то, с кем Вы себя отождествляете в своих произведениях. В «Требуется гувернантка для детей волшебника» Вы гувернантка, в «Кошке до вторника» — мама, а в «Трех днях до конца света» Вы — смешная бабушка, которая пишет «кошмарно плохие детские стихи». Интересно, а в повести «Куда скачет петушиная лошадь» Вы себя с кем ассоциируете?

— Вот смеяться будете. Сначала вполне ожидаемо отождествляла себя с Дашей (хотя реальный прототип — Саша Колегова из Сыктывкара, настоящая победительница конкурса «Волшебная строка» и, надеюсь, в будущем моя коллега-писатель). А потом поняла, что моя роль — не идти спасать мир, а прыгать с воплями по его обочине и сигнализировать: «Что-то не так! Дорогие земляки, что-то пошло не так!» Словом, я немножко петушиная лошадь. А еще я Лютик. Вот уж это точно я по характеру.

— Давайте остановимся на фантастической повести «Куда скачет петушиная лошадь?». Расскажите, как вообще зародился ее сюжет, что Вас к нему подтолкнуло? Как получилось, что в сюжет «вплетены» фольклорные персонажи?

— Сюжет слегка зашевелился (еще не зародился, а так, начал зарождаться что ли) в чудесной поездке по Коми краю, когда в Сыктывкаре и Усть-Выми проходил изумительный фестиваль писателей Коми и Урала. Нас (Ольгу Колпакову, Андрея Щупова, Вадима Осипова и меня) пригласил Сыктывкар и наша любимая и замечательная Елена Габова. Там я подумала — вот оно. Остальные члены нашей «четверки» ничего про Коми-край не сочинили — так уж вышло, а меня зацепило сразу. А через три недели (так уж совпало) я с коллегами (два хирурга, два анестезиолога и я) поехала в удивительное путешествие по землям коми-пермяков: Чердынь, Вильгорт, Камгорт, Ныроб, Пянтег, Усолье, Соликамск и Орел-городок. Мы давно придумали это путешествие — когда еще прочитали Иванова «Хребет России» (очень люблю и уважаю этого писателя), и вот, наконец, набрали отгулов, парни заменили дежурства и мы поехали. И все мгновенно срослось — эти две поездки, и моя радость, что мои друзья со мной, и чудо расцветающей майской земли, и счастье, когда тебя понимают, и боль за эту землю и разрушающиеся деревни, и уходящий мир… А фольклорные персонажи… это они сейчас фольклорные персонажи. Раньше они были богами, хозяевами этой земли. Неудивительно, что они пришли на страницы этой книги — как хозяева.

— Долго ли Вы писали «Петушиную лошадь», было ли такое, что во время написания Вы что-то кардинально меняли/переписывали?

— Не помню. Довольно долго читала разнообразные монографии и вообще книги о коми, их обычаях, их истории. Чтобы не наврать. Слова коми языка учила, мифологию. От этих дней осталась полка с книгами про Коми край. А сам текст пошел быстро. Завязла перед концом — ну не понимаю, как сделать не нравоучительно и чтобы был свет в конце тоннеля. И чтоб не розовые сопли, коих не люблю особо. В завязе стояла долго, потом поняла, как надо сделать. Кардинально не переписывала — основной текст шел просто сам, только успевай записывать. Вот конец долго обдумывала. Еще боялась что-нибудь напутать, поэтому послала Елене Габовой на проверку и исправила то, что она сказала. За что ей отдельная благодарность. Вообще в Сыктывкаре отличные детские писатели и чудесные люди. Владимира Васильича Тимина сильно люблю и его книгу «Мальчик из Перми Вычегодской». Великолепная историческая повесть для детей, XV век, Коми-земли. Кто ее знает в России? А книга достойна всемирной известности. Это беда нашего времени — провинциальные писатели варятся в собственном соку (в смысле в небольших издательствах своих родных краев), имеют тиражи в лучшем случае 1000–2000 экз, и дети других областей не получают их книг. В последние годы наметился сдвиг — спасибо премиям «Заветная мечта» и «Книгуру», пропагандирующим своих номинантов. Кстати, «КомпасГид» — одно из ОЧЕНЬ редких издательств, которое возит своих авторов по России. Это здорово. Это мудро.

— Признайтесь, кому из героев Вы особенно симпатизируете и почему?

— Лютику, конечно. Он с комплексами, как я. И, как я, гиперчувствителен к похвале и осуждению, к заботе, к невниманию, счастлив, когда его любят, хвалят, когда с ним дружат. Если продолжить ответ на первый вопрос, то петушиная лошадь — это моя «социальная» роль, а характером я ближе к Лютику.

— Легко ли произведение нашло своего издателя?

— Нет. Его никто не хотел. Сначала от него деликатно отказался мой любимый «Сократ» (это мое действительно любимое екатеринбургское издательство, верные друзья уже лет 10) — взял другую повесть, тоже на уральском материале и не хуже, на мой взгляд. Потом «Лошадку» поругало жюри Бажовской премии, сказав, что у них очень престижная премия, и лучше бы я что-нибудь нормальное прислала. Потом я отправила «Лошадку» в «КомпасГид», там долго не читали. А потом — ура! — «Лошадке» дали первую премию «Книгуру»! И тогда «КомпасГид» ее сразу взял. Если бы «Книгуру» не выиграла, то книжку бы, наверное, так и не издали. А теперь читатели пишут, хвалят, «спасибо» говорят. Мне очень нравится «КомпасГид», это совершенно «мое» издательство по выбору книг, по людям, которые там работают, и по методам работы, и я нагло напрашиваюсь к ним еще, с другими книжками, но пока не берут.

— Вы принимали участие в выборе иллюстратора книги? Как Вы оцениваете иллюстрации Валерия Слаука? Так ли Вы представляли себе героев повести?

— Нет, я не выбирала. Мне прислали образец рисунков Валерия Слаука, и я сразу закричала: «Ура, я так хочу!!!!!!!!!!» Он гений. Нет, правда, он гений, это даже не обсуждается. У меня никогда не было еще такого художника в книжках. Я даже не могу оценить его рисунки — это что-то запредельно прекрасное. Я абсолютно не так представляю себе своих героев, но это не важно — его рисунки восхитительны. Я счастлива, что моя сказка послужила причиной к появлению этих прекрасных иллюстраций. И вот опять же это показатель профессионализма издательства.

— Вы бы хотели, чтобы по мотивам «Петушиной лошади» поставили спектакль, ну или нарисовали мультфильм, сняли фильм?

— Да. Но я сомневаюсь, что это возможно — книжка довольно сложная. Мне вообще хотелось бы, чтобы хотя бы по одной моей книжке сделали мультфильм, я очень люблю этот жанр. Не обязательно по «Лошадке».

— «Куда скачет петушиная лошадь?» стала лауреатом премии «Книгуру», потом победила в «Книге года 2014» в номинации «Вместе с книгой мы растем». Для Вас это показатель? Считаете ли Вы эту книгу лучшим Вашим произведением для детей? Или больше любите какое-то другое свое произведение?

— Мне трудно судить. Она мне нравится и сама по себе, и как воспоминание о хороших людях и прекрасных землях. И там очень дорогие для меня идеи — про «исход» молодежи из нестоличных городов и из поселков, про захиревшие деревни. Я все понимаю про прогресс, но почему в Италии или Германии, например, прогресс идет не за счет гибели маленьких городов и сел? Эту тему я пытаюсь поднять и в других книжках — «Верните город на место!», «Марго Синие Уши». Да, я люблю «Петушиную лошадь».

Но есть еще книги, которые я считаю не хуже — «Остров, которого нет», «Верните город на место!», «Три дня до конца света», «Марго Синие уши» (эта еще не напечатана). Вообще-то премия — и показатель, и не показатель, сколько превосходных и куда более хороших, чем мои, произведений, не имеют никаких премий (например, «Очень правдивая сказка» Павла Калмыкова, она же «Королятник» — гениальное произведение). Но премия — это очень здорово для человека, неуверенного в себе, как я. Потому что воспринимаешь ее как признание коллег. И крылья растут просто мгновенно.

— По основной своей профессии Вы врач. А что Вас вдохновило стать писателем?

— А ничего не вдохновляло. Сочинение сказок — это функция моего организма. Все люди едят, спят, пьют и прочее. А я еще и сказки сочиняю. Чистая физиология.

— Есть ли детские писатели, которые помогли Вам сформировать свой стиль или своим творчеством «спровоцировали», натолкнули на написание каких-то Ваших произведений?

— Ой, трудный вопрос. Очень много писателей, перед которыми я склоняюсь как перед учителями. И взрослые, и детские. Не хочу набирать длинный список. Непосредственно на написание какого-то конкретного произведения никто, вроде, не наталкивал, это внутренний процесс, а не внешний. Но — трудно судить.

— Как Вы считаете, идеальная книга для детей — какая она? О чем она должна быть, в каком жанре написана, какие герои ее должны «населять»?

— Это тема для отдельного доклада, причем длинного. Самый банальный ответ: она не может быть «типовой идеальной», она разная, их много — в разных жанрах, для разных возрастов, с разными героями. Потому что читатель ищет свою книгу. И то, что идеально для Данила, совсем не подойдет для Вани и вызовет яростное отторжение у Маши. Это все равно, что сочинить идеал мужчины. Для Вас и для меня эти идеалы точно разные (обсудим при встречеJ). Книги точно так же. Главное, чтобы каждый читатель нашел СВОЮ книгу.

Иллюстрации кликабельны

Беседовала Ирина Эдлина

Источник





  Подписка

Количество подписчиков: 120

⇑ Наверх