9 по 9


Вы здесь: Авторские колонки FantLab > Авторская колонка «Алекс Громов» > 9 по 9
Поиск статьи:
   расширенный поиск »

9 по 9

Статья написана 22 ноября 00:30

Каждый месяц Алекс Громов рассказывает о 9 книгах

«Мифы. Они питаются страхом. Они порождают монстров, которые бродят по бескрайним просторам, словно запущенные в незапамятные времена механизмы, которые никто уже не в силах остановить. Они обитают в темных водах. С горящими, как у сов, круглыми глазами они постанывают в перекрытиях за потолком. И издалека, из-за лесов, топких болот и пустынных озер, безымянные чудища следят за своими владениями и бледными огоньками домов, разбросанных по вершинам сопок.

Взгляни на Китинен, приток реки Кемийоки. Неподалеку от Вуопио от него отходит два вытянутых залива, Малый и Большой. Вот этот, последний, и есть наша цель. Сейчас, в самом начале лета, он маленький и круглый. Глубокий. У дна нагуливают жирок щуки размером с хорошее бревно… В середине Большого залива расположился Мертвяковый остров. Там обитает Олли-Колотун. Но нам не туда, чуть в сторону. В Большой залив впадает крохотный ручеек, и я думал, что мы опустимся рядом с ним, изящно, как дневные бабочки. А может, и шлепнемся. Скоро раздастся «плюх!». В июне плюхаться в болото очень мягко и приятно. Погоди-ка, сейчас я вытащу тебя из трясины – «чмооокс». Зазвенело в ушах? Добро пожаловать в мир! Смотри не на меня, а вокруг. Нас окружает само совершенство. Дрозд поет на сосне, а прямо перед нами, из болота, поднимается серая туча комаров…».

Юхани Карила. Охота на маленькую щуку

Современное фэнтези финского писателя, в тексте которого переплетены реалии повседневной жизни и богатое наследие лапландского фольклора. Главная героиня едет из цивилизованных мест в родную деревушку, где всё пропитано духом древних сказок. Она совершает этот путь каждый год, когда весенний паводок спадает, и в озерах остается рыба, принесенная туда большой водой. На пути ей встречается пограничный пост – и там она получает настоятельный совет не ехать дальше и напоминание, что двигаться дальше можно только на свой страх и риск. Там даже страховка не действует.

Но опасность, которая грозит Элине, похоже, куда сильнее, аномальной жары, проблем со страховкой, надвигающейся бури. И чтобы спастись, ей надо поймать ту самую щуку, уже съевшую всю рыбу в своем озерце и изнемогшую от голода. Казалось бы, не самая сложная задача – при наличии спиннинга, блесны и навыков рыбалки. Но нет, ничего не получается, еще и водяной вмешивается. С каждой страницей потусторонних существ становится все больше, кажется вот-вот – и людей среди них не будет видно…

Тем временем, вслед за Элиной едет сотрудница полиции – еще в городе та уничтожила останки еще одного странного существа, а соседи решили, что произошло убийство. Полицейской даме еще только предстоит осознать, в какой мир она попадает, миновав упомянутый выше пост. Но и Элина, выросшая в нем, далеко не всё знает о происходящем. И о себе самой.

«Водяной протянул ей карты.

Дрожащими руками Элина сложила их в колоду. Разделила карты перед собой на шесть стопок. Водяной с елеем в голосе спросил, все ли у нее хорошо. Элина кивнула. Собрала стопки вместе, взяла колоду в руку и протянула водяному.

– Хочешь снять?

Водяной длинным пальцем сдвинул верхние карты на пару сантиметров к Элине. Элина переложила сдвинутые карты в низ колоды, раздала и подумала о том, как быстро она сможет бежать по болоту. Конечно же, недостаточно быстро. Не в этом состоянии, не с больным пальцем. Она осмотрелась. Поискала взглядом, нет ли чего-нибудь подходящего для удара. Только низкие и корявые заросли ивы. Ничего больше. Вообще ничего. У нее был нож. Бесполезное оружие в схватке с водяным.

Ей надо бить сразу. Больше ничего не остается, даже пытаться не стоит. Сразу, как только последняя карта окажется на земле.

Она не собиралась тут умирать.

Элина подняла свои карты. Пять червей. Туз, королева, шестерка, четверка и тройка.

Черт побери, ей не придется тут умереть.

Водяной одной рукой погладил подбородок, тонкий и изящный, выбрал карту и положил ее перед собой.

Это была пятерка червей. Элина побила ее червовой шестеркой.

– Ты уже пять лет ходишь на это болото, – сказал водяной. – Целых пять лет напрашиваешься на неприятности. Ну ничего, ничего, скоро твои желания наконец-то сбудутся, а?..

Элина обдумывала стратегию игры. Вариант был только один.

– Это тебя не касается, – сказала она и пошла с туза.

Водяной наклонил голову, улыбнулся.

– Вот как. Что ж, скоро ты мне все расскажешь.

Он сбросил четверку крестей, и это означало, что у него нет червей, а значит, Элина выиграла».



«Солнце зашло за западный кряж, окрасив восточные отроги Драконьего хребта в причудливые красно-золотистые тона. От тасожских стойбищ на лагерь наползла синяя тень. Многим это показалось недобрым знаком. Еще пять лет назад князья долин и лорды побережья, науськиваемые возбужденными толкователями завета, вдрызг бы переругались друг с другом. Но за последний год Старейший, да пошлют ему духи предков силу и здоровье, крепко вбил в упрямые головы властителей почтение к верховной власти. Недаром Палата князей на треть опустела. Семнадцать родов князей и лордов под корень вырублены, и каких родов! А князь Баргот, самая голова непокорных, ныне держит штандарт Старейшего, покуда тот отбыл на юг. На него и легла вся тяжесть отпора. Да только никто не верил, что Старейший такую добрую драку пропустит, потому и сей недобрый знак с надеждой приняли, а не со страхом. Привык народ — от благородного старейшины тейпа до оборванного водоноса, — что чем хуже, тем быстрее Старейший объявится. Хотя вроде куда уж хуже-то — Большая орда! Такое лишь деды дедов помнили. Семь поколений прошло с той поры. Хоть и отчаянно дрались предки, да остановить тасожские тьмы не смогли. Обезлюдели в тот год долины. Кто не полег в боях, того угнали в тасожские степи, продали на горгосских рынках либо отдали на алтари открытых степным ветрам капищ, на которых грязные — ибо Великий Отец Степи орошает степь лишь дождями и не переносит другой воды — тасожские колдуны щедро поливали сухой степной ковыль горячей кровью горских женщин, дабы обильнее рос степной ковыль и тучнее становились тасожские табуны. Два поколения после того года гордые горянки покупали себе мужей на невольничьих рынках, и с той поры нередки стали в высокогорных селениях русые, каштановые, белокурые, рыжие ребячьи головки».

Роман Злотников. Грон. Обреченный на бой. Смертельный удар. Последняя битва

Можно ли начать жизнь с начала? Да, если ты в прошлой жизни был настоящим воином, и тебе по праву завещали Белый Шлем, веками хранимый корейскими монахами. Какой была его прежняя жизнь, офицера советских спецслужб, всегда с успехом выполнявшего самые опасные задания? Он часто был на волосок от смерти, но не разу предал тех, кому был обязан жизнью. И когда настало его время и после нападения мафии остались последние часы, он надел Шлем, как просил его предыдущий хранитель, и оказался в ином мире...

Ведь неслучайно с этим предметом была связана древняя восточная легенда – "Белый Шлем был тем стаканчиком, в котором боги шелестели выбранными костями – судьбами, — прежде чем бросить их на доску».

«— Знаете, Казимир Янович, когда рассматривался вопрос о моем предшественнике, я сделал все возможное, чтобы он ушел с наименьшими потерями, но не из-за него…

Казимир держал паузу.

— Из-за вас.

Казимир поставил стакан на стол и поднял глаза.

— Чем обязан такой чести?

— Бросьте, вы все прекрасно понимаете. В вашей… вернее, в нашей структуре работают семнадцать оперантов вашего уровня. За последние десять лет мы имеем девятнадцать операций. Из них девять проведены со стопроцентной эффективностью, три с частичной, остальные провалены. Все девять успешных проведены вами.

— У тех семи были объективные причины, материалы разбора есть в архиве.

Начальник рассмеялся:

— Да, и это тоже есть в вашем психопрофиле. Знаете, как это обозвали наши психологи — «рыцарский комплекс». Вы остаетесь верны даже такому подонку, как Костров, и толпе бездарностей, если считаете себя частью команды…

Начальник суетливо бросил взгляд на статуэтку Дон-Кихота, в которой, как знал Казимир, был спрятан микрофон, но потом облегченно вздохнул и, демонстративно отодвинув ее в сторону, показал два обрезанных провода. Однако поспешил перевести разговор на другую тему:

— Знаю: «держи себя в кулаке».

Казимир покачал головой.

— И это раскопали.

— Да нет, сам Костров рассказал, только сумбурно. Не можете ли повторить?

— Что ж, большой палец — не прощай врагов, указательный — имей друзей, средний — не испытывай сожалений о том, что сделано, безымянный — меньше ври, мизинец — сумей достойно умереть. Но в общем-то это бравада, я сам принципы эти неоднократно нарушал, особенно последний».



«У Сененмута захватило дух, когда он приблизился к Хатшепсут. Ее черные волосы, заплетенные в бесчисленные косички, на лбу были перехвачены сверкающим золотым обручем. Яркие темно-зеленые штрихи обрамляли черные глаза, придавая им форму серебристых рыб, резвящихся в священном озере. Длинный, облегающий тело калазирис оставлял левую грудь обнаженной, а ожерелье шириной в ладонь, набранное из желтых и синих фаянсовых бусин, охватывало шею и спускалось на плечи. Кожа ее светилась подобно песку пустыни, а множество узких золотых браслетов на запястьях и изящные кольца на каждом пальце только подчеркивали это сходство. Что за женщина!"

"Храмов, подобных этому, за тысячу лет не возводил ни один фараон – три террасы одна над другой уходили в небеса. Никакой древний закон не предписывал, как должно выглядеть обиталище богов, но постепенно сложились определенные культовые традиции, требующие установленных в времен форм и объемов. Поэтому сталкивались в неистовых спорах гениальный архитектор, ищущий новое, и приверженный строгим канонам верховный жрец".

"За всю мою жизнь я еще ни разу не любила мужчину, царица египетская, поэтому хорошо понимаю тебя. У нас в стране Куш любовь между женщинами дело обычное. Наши мужчины любят только войну и дальние дали".

"- Одни лишь боги вершат наши судьбы!

— Боги? Горькая улыбка мелькнула на губах Хатшепсут. – Знаешь ли ты Сененмута, Величайшего из великих царства?

— Слишком хорошо, Мааткара.

— Если бы в тот день, когда он поразил стрелой мою служанку, я не подкупила жрецов Оракула, Сененмута признали бы виновным и казнили, ибо не было у него свидетелей, которые могли подтвердить, что стрела предназначалась не мне. Так что устами Оракула провозгласили мою волю и Сененмут остался вне всяких подозрений».

Филип Ванденберг. Наместница Ра

Книга, основанная на древнеегипетской легенде о первой женщине-фараоне, прекрасной и загадочной царице Хатшепсут. Роман переносит читателя во времена Древнего Египта, в царствование женщины-фараона Хатшепсут, в мир, полный мистики и тайн, приключений, борьбы за власть и любовь. Фараонами традиционно были мужчины, и когда право на трон получала женщина, то мужчина, будущий фараон, мог жениться на такой наследнице. Но бывали и исключения из правил: самый известный пример – необыкновенная женщина, царица Хатшепсут, которая приняла все соответствующие царю титулы. Ванденберг излагает историю любви Хатшепсут и ее избранника, великого зодчего Сененмута, руководившего возведением величественных храмов, посвященных богам. Между ними – пропасть происхождения: он – cын крестьянина Рамоса, а она – дочь фараона Тутмоса. Их соединяет страсть, но первый шаг предстоит сделать царевне: "Но разве я должна страдать от жажды, когда рядом бьет родник?". Столетиями жрецы стояли у трона фараона и вершили судьбы страны. Разве они потерпят женщину, не пожелавшую стать покорной исполнительницей их воли?..

«Охраняемый злобными псами, Сененмут провел еще один день и ночь в темнице позади дома визиря. Он уже попрощался с жизнью, ибо не мог доказать, что стрела, выпущенная из его лука, не предназначалась ни служанке, ни тем паче принцессе. Рамос, его отец, был крестьянином и трижды в году в поте лица отвоевывал у Великой реки самое необходимое для существования — на большее не хватало. Разве мог он позволить себе писца, который защищал бы в суде его сына?

Тем более был изумлен Сененмут, когда утром третьего дня появились двое слуг «пристанища истины», другими словами, два храмовых жреца, которые, встав по обе стороны, молча препроводили его через узкие улочки пригорода к храму Амона в Карнаке. Сененмут даже мысли не допускал, чтобы задавать вопросы этим бритоголовым жрецам с их суровыми взглядами и накинутыми на плечи леопардовыми шкурами. Перед великим пилоном, вознесшимся выше любого здания в городе, навстречу им выступил Пуемре, второй жрец Амона. В руках он держал мешок.

— Следуя желанию Лучшей по благородству, — коротко возвестил он, — оракул Амона решит, виновен этот юноша или нет. — Он протянул мешок жрецам.

И прежде чем Сененмут в своем смятении сумел найти ответ на вопрос, с чего бы принцесса Хатшепсут могла желать, чтобы судьбу ничтожного определял оракул, ему на голову натянули мешок, достающий до колен, и завязали его вокруг чресл. Потом подтолкнули юношу на порог храма, куда простым смертным вход был запрещен под страхом смерти. Сердце Сененмута бешено колотилось. Удушающий жар бросился в лицо, затем под мешок начала пробираться едкая вонь. Охваченный паникой, Сененмут зашатался, принялся хватать ртом воздух, чувствуя, что вот-вот упадет. Но ни одна рука не протянулась ему на помощь. Может, он стоит посреди полыхающего огня? Не земля ли горит у него под ногами? Не в состоянии даже вообразить себе таинственные внутренние помещения храма, он попеременно ощущал то зной, то холод. Неужели он должен кончить жизнь в пламени?»



«300 лет назад царь Петр Великий (1672– 1725) отправил на Урал своего картографа Семена Ремезова с целью исследования этой пещеры. Его поездка вошла в историю. Ремезов вернулся назад с картой, которая до сегодняшнего дня считается стандартом в картографии. Правда, сохранилось лишь несколько экземпляров. Загадочным остается факт, почему в книге Ремезова «Служебная чертежная книга», впервые изданной в 1703 году, предусмотренная для Кунгурской пещеры страница 51 осталась пустой. В изданных позже перепечатках этого произведения карта тоже не была опубликована.

Возможно, имел место спор по поводу авторства между Ремезовым и немцем Даниэлем Готлибом Мессершмидтом или шведом Таббертом фон Страленбергом, с которыми Ремезов тогда предпринял эту экскурсию. Выяснить, кто из троих ученых внес самый значительный вклад в создание первой в мире карты пещеры, уже не представляется возможным. Глава городской администрации Кунгура с гордостью сообщил мне, что город владеет одним редким экземпляром Кунгурской карты. Но, по его словам, она никогда не была опубликована. Наскальные рисунки в Каповой и Игнатьевской пещерах Моя поисковая экспедиция по Уралу привела меня к другим пещерам, которые мало известны западноевропейским исследователям. При этом две из них — Капова и Игнатьевская — допускают предположение, что уже в ледниковый период существовало единое культурное пространство от Атлантики до Урала. Живопись на стенах пещер является вообще древнейшим свидетельством искусства».

Томас Кунце. Подземные миры. Путешествие во времени через секретные бункеры и заброшенные туннели России

В отечественном подземном мире множество самых разных подземелий, пещер, туннелей и даже не слишком старинных бункеров, и, конечно, секретных трасс. Часть из этих мест широко известна и уже стали источниками разнообразных легенд и преданий. До наших дней дошли рисунки, сделанные тысячелетия назад в Каповой и Игнатьевской пещерах. Множество загадок до сих хранят средневековые достопримечательности, тайные ходы и монастыри, располагавшиеся в подземельях.

По словам автора книги, посвятившего несколько лет исследованиям тайн российских подземелий, оказалось, что по истории пещер, катакомб, туннелей и бункеров можно проследить и историю самой России.

Одна из глав посвящена старинными подземным сооружениям под Московским Кремлём, следующая — подземельям, которых молва связывает с Иваном Грозным. Не забыт и отечественный «Новый Иерусалим», воздвигавшийся ещё допетровские времена в Подмосковье, сооруженные позже гроты Петергофа и исчезнувшая под землей Янтарная комната, Жилые дома московской номенклатуры и их подземные сооружения, Командный центр генерал-фельдмаршала Паулюса в Сталинграде и бункер генерала Отто фон Лаша в Калининграде, строительство туннеля под Охотским морем, «Объект В-11» во Владивостоке, Командный пункт Тихоокеанского флота, Кольская сверхглубокая и бункеры времен «холодной войны», новая Россия и ее подземные проекты будущего.

«Собственно, подземные сооружения в российской столице строились еще в Средневековье, их сооружение продолжалось и в царское время, но только при Сталине и позднее, в годы холодной войны, достигло таких масштабов, что вряд ли другой город в мире может сравниться в этом с Москвой. Большинство сооружений, как и раньше, содержится в строжайшей секретности и находится под защитой Российской армии, МЧС или ФСБ. Это касается не только готовых к применению функциональных объектов, но и законсервированных сооружений. Но я слышал, что в Москве должен быть один бункер Сталина, который можно посетить….

Я поехал в Измайлово, пошел на рынок, и действительно: между двумя прилавками, владельцы которых продают дешевую одежду с лейблами дорогих фирм, находится очень приметная массивная дверь, обрамленная двумя флагами. Как и предполагалось, она была закрыта, дворник среднеазиатского происхождения сообщил, что «шеф» приходит обычно где-то к 17:00 часам. Он говорил о нем с таким благоговением, что можно было подумать, речь идет о самом генералиссимусе. «Да, за этой дверью бункер», — подтвердил мужчина, которому я задал вопрос, но в тот день я туда так и не попал. Мне тогда показалось это невероятным: посреди оживленного рынка в городском квартале находится вход в, возможно, первый бункер, который Сталин распорядился построить для своего личного пользования. Еще в советское время среди москвичей ходили слухи о большом подземном объекте 1930-х годов, который должен находиться здесь.

И только после 1996 года выяснилось, что слухи оказались реальностью. Одна за другой сенсационные детали становились достоянием общественности. Бункер Сталина был построен как командный пункт, там имелись все важные устройства связи. Он располагался в стратегически удобном месте на востоке Москвы, так как возможного вражеского нападения нужно было опасаться с запада. К тому же недалеко находились два военных аэродрома. Сегодня бункер является внештатным филиалом Центрального музея Вооруженных сил России.

Подземное сооружение поражает своей площадью в 1460 кв. м — правда, бункер расположен на небольшой глубине. Он защищен от возможных авианалетов железобетонными перекрытиями толщиной от 6 до 8 м. Так называемая сталинская часть состоит из рабочего кабинета, комнаты отдыха, столовой, кабинета для сотрудников и зала заседаний. Большое количество колонн поддерживают купол, который венчает центральную часть помещения и под которым стоит огромный стол для заседаний. Сталин всегда говорил очень тихо, а купольная конструкция служила для усиления звука. Сидящие за столом люди могли слышать, что говорит Сталин, люди же, находящиеся за пределами круга колонн, нет».



«Медленное смещение месяцев по временам года не создавало египтянам серьезных практических неудобств (тем более, что простой народ жил по лунному календарю). Однако определение точной даты начала разлива Нила требовало регулярных многовековых наблюдений за регулярностью календаря. В конце концов, египтяне вывели формулу сезонного (т.е. солнечного) года: 365 1/4 дня. Таким образом, традиционный календарь нуждался в коррекции путем добавления 1 дня каждые 4 года. Именно такую реформу инициировал в 238 г. до н.э. царь эллинистического Египта Птолемей III Эвергет. Однако новый календарь тогда так и не прижился: очевидно, сказался консерватизм египетской культурной традиции. Понадобились политические катаклизмы I в. до н.э., вызвавшие к жизни Римскую империю, чтобы календарная традиция Египта и всего «римского мира» (Pax Romana) была унифицирована на основе новоегипетской системы.

Древний римский календарь имел лунное происхождение. Об этом говорит причудливая система отсчета дней в месяце: после первого дня (календ) идет обратный отсчет до нон (7-й или 5-й день месяца), затем обратный отсчет до ид (8-й день после нон), после чего начинается обратный отсчет до календ следующего месяца. Нетрудно увидеть здесь реликты лунного цикла: иды приходятся примерно на полнолуние, ноны – на первую четверть, а календы очевидным образом связаны с новой луной (ее ритуальным призыванием, calatio, сами римляне объясняли название этого дня). С ростом государства календарь требовал систематизации. Попытки создать более или менее адекватный лунно-солнечный календарь не увенчались успехом, и в конце республиканской эпохи римский календарь пришел в беспорядок, который лишь усугубляли следившие за ним жрецы – великие понтифики. В 63 г. до н.э. эту должность получил молодой Гай Юлий Цезарь. Став впоследствии консулом и диктатором, он решил провести реформу, по которой римский календарь согласовывался с самым точным на то время солнечным годом – египетским. Добавив 67 дней между ноябрем и декабрем 46 г. до н.э., Цезарь (консультантами которого выступали александрийские астрономы во главе с Сосигеном с 1 января следующего года ввел в действие новый календарь, в его честь названный юлианским. В нем 12 месяцев составляли в сумме 365 дней, а самый короткий месяц, февраль, каждый 4-й год получал дополнительный день (так называемый «високос»). Эта система со средним годом в 365 1/4 суток при всей своей простоте (цикл всего в 4 года) вполне удовлетворительно согласуется как с тропическим, так и с сидерическим (звездным) солнечным годом (занимая между ними среднее положение) и весьма удобна для исторической хронологии».

Павел Кузенков. Христианские хронологические системы. История летосчисления в святоотеческой и восточнохристианской традиции III-XV веков

В обширном фолианте рассказывается о системах летоисчисления, бытовавших и существующих поныне, причем подчеркивается, что активная разработка хронологических систем — и календарей, и эр — началась именно с началом христианской эпохи, в первые века «нашей» эры. В предисловии издателя указывается, что книга не только раскрывает для читателей сложившиеся способы взаимодействия различных систем летосчисления, но и дает ключи к пониманию многих исторических артефактов и решению сложных хронологических загадок, в том числе – описывает «загадку Мафусаила».

Самые ранние значительные исторические своды, которые могли претендовать полномасштабный охват и научную систематизацию историю отдельной страны (вавилонская история Беросса, греческая хронология Эратосфена, египетская история Манефона) возникли тысячелетия назад, уже в эллинистическую эпоху. Но при этом попытки свести воедино эти региональные истории, установив между ними взаимосвязь, были обречены на провал, так как упирались изначальную мозаичность и раздробленность языческого мира. Изучение разных систем летоисчисления помогает найти ключ к многим загадкам отечественной исторической хронологии, в то числе – приходу на Русь Рюрика и походов русских князей на Царьград.

Книга сопровождается обширным справочным материалом, в том числе электронными синхронистическими таблицами для пересчета различных эр, определения дат Пасхи и основных праздников, правлений Царей и Императоров и т.п.

«В Ромейской империи юлианский календарь существовал в классической форме, несмотря на то, что с VI в. начало официального года переместилось с 1 января на 1 сентября. Однако счет дней в месяцах (сохранивших латинские названия) велся обычно не по традиционной римской системе (с календами, идами и нонами), а по упрощенной, принятой на Востоке – по порядковым номерам дней.

При составлении пасхалистического календаря должны учитываться три астрономических движения: Земли вокруг собственной оси, Земли вокруг Солнца и Луны вокруг Земли. Ясно, что эти совершенно не связанные друг с другом физические явления соизмеримы в целых числах только с той или иной степенью приближения. При этом чем точнее результат, тем более громоздкой получается формула уравнения. С точки зрения соотношения «точность/удобство» основанная на юлианском календаре александрийская пасхалия является оптимальной.

Юлианский год был унаследован средневековой христианской цивилизацией и в течение многих веков (в ряде православных стран сохранялся до XX в.) являлся основой церковного календаря как в Европе, так и на христианском Востоке. Разумеется, этот условный год несовершенен: его погрешность относительно реального тропического года составляет примерно 1 сутки за 128 лет. Об этом было прекрасно известно античным и средневековым восточным астрономам, а к началу XIV в. этим озаботились и греческие ученые. Из-за накопившейся погрешности сместилась дата весеннего равноденствия, опорная для расчета христианской Пасхи. Впрочем, исправлять юлианский календарь и основанную на нем пасхалию было сочтено неполезным: нарушение векового предания Святых Отцов грозило вызвать потрясения в Ромейской империи, и так переживавшей трудные времена. Многие ожидали тогда скорого конца света, что делало реформу бессмысленной. Кроме того, православные богословы трактовали календарные погрешности (неизбежные при любой системе) как напоминание о несовершенстве тварного мира, несущего на себе последствия человеческого грехопадения».



«Он всегда ненавидел пение. Впрочем, он испытывал острую неприязнь ко всему на свете, но музыку и пение ненавидел особенно рьяно. Это была его страсть, его специализация – ненависть к искусству. Поэтому, видимо, Хозяин и дал ему нынешнюю жизнь… Ведь никто, кроме него, ведомого силой своей антипатии к творчеству, не сумеет столь безукоризненно выполнить возложенные на него обязательства. А Хозяин ошибок не прощает. Шалкар усмехнулся: прощение – еще одно словечко не из его действительности. Но он частенько манипулировал им для достижения своих целей. В отличие от людей, склонных к самообману и поверхностному прощению, он, носитель почти совершенного сознания, себя никогда не обманывал. А других – да, конечно. Несчетное количество раз. Но прощения за обман он ни у кого и не думал ждать – хорошую работу не прощают, а ценят.

Чем сильнее чувство, тем неодолимее притягивает к себе его объект… Чем сильнее существо, испытывающее какое-либо чувство, тем больше оно отождествляется с ним. С незапамятных времен Шалкар превратился в саму ненависть. Но, как ни парадоксально, будучи чистой ненавистью, он вовсе ею не являлся. На самом деле был чем-то иным, какой-то непостижимой пустотой, заполнившей некогда живую и трепетную душу. Ощущать эту пустоту было поистине невыносимо».

Карина Сарсенова. Хранители пути

Что скрывается за нашими поступками – собственные побуждения или нечто неизмеримо более сложное? Увлекательный многоплановый роман повествует о человеческих эмоциях и нечеловеческих страстях, о том, что среди людей и под людскими личинами могут жить и ангелы, и демоны. И не просто существовать, а влиять на поступки, события и само бытие этого мира. И каждый раз можно только удивляться тому, как по-разному воспринимают люди одну и ту же ситуацию. А еще тому, как легко верится всевозможным обещаниям на тему мгновенного успеха и богатства. Именно так ведет себя с артистами один из героев романа, продюсер, под личиной которого скрывается демон. Его положительный антипод, убеждающий подопечных, что главное – работа над собой, пользуется совсем не таким вниманием. Недавно состоялась премьера фильма «Хранители пути», снятого по мотивам этой книги и сценарию автора. Там противостояние двух сил показано с помощью всех визуальных средств кинематографа.

В центре романа – судьба девушки, которая, несмотря на хорошую предварительную подготовку, чуть не погибла во время прыжка с парашютом. Инструктор счел внезапный ужас простым капризом и вытолкнул ее в люк. А дальше происходят совсем невероятные вещи. Возможность стать звездой сцены, о которой, как принято считать, мечтает любая девушка, раскрывается перед героиней в одночасье. Она приходит в себя в больничной палате и видит рядом заботливого почтенного человека, который говорит о ее чудесном таланте и заветной мечте своего погибшего брата, отца девушки, — видеть дочь знаменитой певицей. Сама она ничего об этом не знает, поскольку от потрясения при неудачном прыжке потеряла память. Но что-то удерживает ее от безоглядного доверия доброму дядюшке. И что же такое этот внезапно пробудившийся в ней талант и чудесный голос – действительно дар свыше или опасное искушение?

«Голубоватое сияние, раскрывшееся вокруг нее с первыми же звуками ее голоса, казалось бесконечным... Раскинув руки, Меруерт безмятежно парила в его центре, переливающемся сиреневыми и фиолетовыми цветами... Голубой свет струился по ее телу роскошным длинным платьем... Нити золотого света вплетались в него по всей длине... Распахнув глаза, Меруерт смотрела на огромный золотой диск, проступавший перед ней из фиолетовой дымки. Ее душа, раскрывающаяся в дивной красоты неземной песне, устремилась на его беззвучный зов... Полет, захвативший ее душу, становился все явственнее и быстрее... Голубовато-золотое свечение платья, слившееся с Меруерт целиком, вдруг затмило все пространство вспышкой янтарного света... Вылетевшая из его глубин ярко-голубая птица, взмахнув широкими крыльями, устремилась к выплывшему из фиолетового пространства золотому диску и растворилась в его ослепительном сиянии...

Безмолвие зрительного зала качало Меруерт на волнах неподдельного восторга. Первое, что она услышала, открыв глаза, – наполнявшее ее сердцебиение. И подхватившая ритм одного сердца буря аплодисментов взорвала настоянную на глубоких чувствах тишину... Миллионы ее кусочков навсегда осели в таких разных, но безусловно единых человеческих сердцах...

Открыв глаза, Меруерт, улыбаясь, спокойно созерцала неистовавшее перед ней людское море. И лишь два взгляда из всех остальных заставили ее почувствовать волнение: бесстрастно-ледяные глаза Шалкара и теплые золотистые глаза Амадео…»



«Помимо того, что Насир Хусрав оставил нам не одну тысячу бейтов, что само по себе — большая ценность, он также является реформатором касыды как поэтического жанра. В ранний период развития классической персидской поэзии касыда стояла на высшей ступени в иерархии поэтических форм. Касыда, как правило, использовалась как форма парадного придворного панегирика и бывала приурочена к какому-либо торжеству. Наставительный элемент в придворной касыде был представлен незначительно, выполнял вспомогательную задачу и не был прямо связан с основным замыслом касыды.

Насир Хусрав использует касыду с совершенно другой целью. Панегирическая задача замещается дидактической, среди мотивов касыды появляются политические, морально-этические, социальные, дидактические, философские темы. Благодаря Насиру Хусраву касыда перестала использоваться лишь в целях восхваления и прославления патрона поэта и стала формой, «открытой» для многих других тем»

Татьяна Корнеева. Насир Хусрав и его философские взгляды

Это исследование автор посвятил научному и творческому наследию выдающегося персидского мыслителя Насира Хусрава, жившего в XI веке. Хусрав был уроженцем Хорасана, впоследствии много странствовал, в том числе несколько лет провел в Каире. О своем пребывании там Насир оставил записки, в которых запечатлел не только свое учение, но и подробное описание государственного и административного устройства Египта эпохи правления Фатимидов, архитектурного облика городов и технических достижений их жителей. В то время Персия, только что освободившаяся от власти арабских завоевателей, еще не стала вновь единой державой, а состояла из ряда порой враждовавших между собой государств. Войны мешали земледелию, на дорогах бесчинствовали разбойники. По контрасту фатимидский Египет показался персидскому философу мирной, процветающей, практически идеально устроенной страной.

Насир Хусрав обрел известность не только как один из создателей научного лексикона на персидском языке (до этого долгое время на территории Персии языком образованных людей был арабский) но и как поэт, сумевший изменить один из традиционных стихотворных жанров – касыду. Он превратил его из панегирика во славу правителя или вельможи в философское размышление, назидательную историю или короткую проповедь, заключенную в поэтическую форму. Также его перу принадлежат два стихотворных произведения, «Книга просветления» и «Книга счастья», благодаря которым он стал родоначальником нового жанра – бессюжетной поэмы на философскую тему.

«Насир Хусрав жил и творил в эпоху становления новоперсидского языка, в своих касыдах он сочетал «несочетаемое», придавал новое значение обыденным словам, искал и находил новые образы для выражения в метафорической форме своих идей и философских концепций.

Надели слова, что устарели, новым значением,

Подобно тому как старую землю [обновляет]

рассыпающая перлы туча весной.

Стихотворения Насира Хусрава следует рассматривать как «поэтическую лабораторию», в которой автор экспериментирует со словами и их смыслами. При оценке поэтического наследия следует учитывать и аудиторию, которой были адресованы касыды. Аудитория Насира Хусрава — не образованные правители и двор, которые владели арабским языком на должном уровне и были знакомы с творчеством многих поэтов. Он писал свои произведения для жителей Бадахшана, живших на периферии и не владевших арабским языком.

А. Тамимдари отмечает, что в касыдах Насира Хусрава высока частотность употребления старинных персидских слов и элементов исконного словарного запаса персидского язык».



«…Давайте посмотрим на метавселенную с медицинской точки зрения. Люди должны понимать, на что они соглашаются, когда делают выбор переместиться в виртуальное пространство, пусть и на несколько часов в день.

Эта тема, кстати, связана и с идеей создания гигантских агломераций, в рамках которых уменьшена необходимость перемещаться. Доставка обеспечивает еду, телемедицина и дистанционное обучение отчасти придут на смену непосредственной встрече с врачом и учителем и т.д.

Человеку, погруженному в виртуальный мир, хватит небольшой квартиры-клетушки, а львиную часть жизни он проведет в метавселенной, где у него как бы есть огромный дом, активное общение с многими другими «жителями» виртуального пространства, путешествия в любую виртуальную точку с желаемой обстановкой.

Такой человек будет зависим от социальных рейтингов, виртуальных баллов, которые начисляются в соответствии с его поведением, и именно исходя из числа таких баллов ему предоставят и объем энергии, которую он имеет право потребить…»

Валентина Киселева. Пикник на обочине нового дивного мира

Новые времена — новые возможности. Возможно ли «улучшение человека»? К чему приведет так называемая «Великая конвергенция» — слияние человека и машины, живого и технологического? Далее – развитие интерфейса «человек-человек», объединение людей в живые сети, обмен мыслями. В 2018 году Юваль Харари заявил, что мы – последнее поколение «хомо сапиенс» в биологическом, естественном виде.

Но, увы — у грядущих перспектив есть и своя цена. Те возможности, которые людям обещают в грядущем Новом Мире, приведут в первую очередь к увеличению контроля и развитию «человека служебного, обслуживающего немногочисленную элиту.

Живущие в агломерациях – ограниченном пространстве – окажутся под постоянным контролем, который будет постоянно усиливаться.

«Описанная цифровая система подразумевает обеспечение абсолютного контроля над человеком. Конечно, это подается в контексте блага, но инструмент можно направить и на другие цели. Например, на создание тоталитарного режима, обладающего невероятными возможностями, которые и не снились диктаторам прошлого и напоминают то, о чем писали Оруэлл и Хаксли.

Вспомните известный фильм «Элизиум». Я сошлюсь на Голливуд по той причине, что он часто иллюстрирует гипотетические модели и сценарии будущего.

Вспомните – герой Мэтта Дэймона, выйдя из тюрьмы, «общается» с роботом для того, чтобы получить работу. Машина сообщает, что его социальный рейтинг, то есть число набранных баллов, позволяет занимать только очень узкий круг должностей в узкой сфере. Герой начинает спорить с автоматом, с алгоритмом, но это же не человек, ему все равно. Робот отвечает, что сам факт спора еще сильнее понижает социальный рейтинг, и у героя отнимают несколько балов. Герой выходит из себя, выругивается матерными словами и снова теряет баллы.

Это типичный социальный промптинг. Медицинской промтинг построен на том же принципе, и фактически человека начнут рассматривать как дрессированную собачку. Электронике все равно, какие у вас мотивы для того, чтобы поступить так или иначе. Если в нее заложены алгоритмы, они и будут реализованы. А закладываются они для того, чтобы максимально контролировать поведение человека на уровне самых простых привычек, но тех, которые определяют ежедневное поведение».



«-Небо совсем темное, — говорит мама-панда. – Наверное, будет дождь.

— Возьмите зонтик, — советует Том.

Мама-панда кивает и берет с собой зонт. Скоро действительно начинается дождь.

Сначала мелкий:

Кап-кап-кап!

А потом дождь усиливается и стучит по крыше:

Тук-тук-тук!»

Анастасия Гундер. Панда Бамбу и воображение

Веселая иллюстрированная книга рассказывает о новых приключениях неутомимой и забавной панды-непоседы Бамбу. Ее мама не раз говорила, что у Бамбу – богатое воображение и поэтому юная панда, смотрящая на небо, видит в каждом проплывающем облаке то дворец, то бегемота, а порой – просто гигантскую шляпу. И вот однажды мама отправила маленькую панду в сад за яблоками для пирога, а та – из-за своего разыгравшегося воображения — не может их собрать и принести. Ведь Бамбу кажется, что деревья в саду прямо сейчас возьмут и превратитятся в великанов, которые и отнимут у пандочки корзинку с яблоками! Как принести яблоки маме-панде?

Но хорошо, что в саду оказывается соседний мальчик Том, который и помогает Бамбу собрать яблоки. А она рассказывает ему, что дерево превратилось в великана и отобрало у нее корзинку. Том смеется – он не верит в великанов! Он поможет собрать яблоки.

Зато вечером он вместе с Бамбу пьют на веранде чай с яблочным пирогом. И тут-то начинается дождь, гремит гром, и Том с Бамбу фантазируют, что теперь они пережидают дождь в пещере.

«- Это великан стучит в свою большую кастрюлю, — объясняет Бамбу.

Том уже хочет сказать, что великанов не бывает, но вместо этого почему-то спрашивает:

— А зачем великану стучать в кастрюлю?

— Жена забыла его покормить, — придумывает на ходу Бамбу. – И он требует себе ужин.

Представив голодного великана, Том улыбается. И страх перед громом постепенно исчезает.

— А откуда тогда все эти вспышки? – спрашивает у пандочки Том.

— Это жена великана пытается разжечь огонь.

— Но под проливным дождем это сделать не так-то просто, — подключается к игре Том.

И вот они уже вместе придумывают историю про голодного великана. А когда гром прекращается и дождь стихает, пандочка с мальчиком радуются, что жена наконец-то накормила великана ужином».





859
просмотры





  Комментарии


Ссылка на сообщение22 ноября 02:28
цитата Алекс Громов
Пикник на обочине нового дивного мира


Боже, какой ужас! Особенно в сочетании с «геополитикой» и «рокфеллерами». Мало им телевизора!
свернуть ветку
 


Ссылка на сообщение22 ноября 15:25
А вы почитайте Шваба «Великая перезагрузка».
 


Ссылка на сообщение22 ноября 16:29
цитата Malerba
Шваба «Великая перезагрузка»


А зачем мне его читать? Он что, тоже использовал названия легендарных НФ произведений с точностью до наоборот — для доказательства странных политических теорий, дабы потрафить психозам мирового императора?
 


Ссылка на сообщение22 ноября 18:26
Ну вот и Мировой Император появился)))))
К фантастике отношения никакого.
 


Ссылка на сообщение22 ноября 19:33
цитата Malerba
К фантастике отношения никакого.


Вот именно! А какое отношение к фантастике имеет данная книга, кроме ее ворованного названия?


Ссылка на сообщение22 ноября 09:04
цитата
Добавив 67 дней между ноябрем и декабрем 46 г. до н.э.


Прелестно.


Ссылка на сообщение22 ноября 17:06
Скажите, а роман «Охота на маленькую щуку» Вам понравился? На какую аудиторию он рассчитан?
свернуть ветку
 


Ссылка на сообщение23 ноября 14:33
Он хороший)) но рассчитан на тех, кто любит фольклор. Философско-бытовой современный триллер, замешанный на густом фольклорном бульоне. Причем, деревенский триллер, город присутствует, но очень дальним фоном, а основные события идут в глухой лапландской деревне
 


Ссылка на сообщение23 ноября 14:40
Спасибо за ответ!
Фольклор я очень люблю, так что надо будет попробовать этого бульона ;-)


Ссылка на сообщение22 ноября 21:49
Отличная подборка, спасибо!


⇑ Наверх